Made on
Tilda
Лаборатория разобранного сознания
ГЛАВА 4
1. ЗАМЕТКА.
Все из-за Ловушки. Так мы называем темный компонент, который не позволяет сознанию избавиться от желания принять еще немного лекарства. Я не задумывала его таким. Его основная функция — продлевать срок действия препарата, и он успешно справлялся с этой задачей, пока после нескольких десятков тестов мы не выявили побочный эффект — тяжелую зависимость.
Я собиралась свернуть исследования и со спокойной душой заявить, что при имеющихся возможностях и технологиях 5-8 часов — это всё, на что мы можем рассчитывать. Но мы были на пороге подписания контракта, и слухи о моих наработках дошли до руководства. Они прыгали от счастья, ведь получили идеальный продукт: вечно необходимый, действенный и всегда революционный. Они сразу согласились и предложили сумму, во много раз превышающую ту, о которой мы изначально договаривались. Деньги и успех затуманили мой разум. Я хотела говорить только «Да!». Они быстро почувствовали мои моральные колебания и взяли меня в оборот. Но я не пытаюсь себя оправдать. Моментами мне действительно было всё равно.
Спустя примерно год я начала замечать результаты своего пренебрежения на улицах. Это была не просто зависимость. Это было коллективное забвение. У многих людей были стеклянные глаза, и все шли туда, куда их ноги вели. В бетонных джунглях стало много живых мертвецов. Тогда я начала тайно искать замену «Ловушке», но это было бесполезно, как и годом ранее.
Следующие три года я искала антидот. Оказалось, что с этим тоже не всё так просто. По моим расчётам, мозг бы просто не выдержал перегрузки, и отказ от прежней модели не состоялся бы. Иными словами, это означало конец. Только полное уничтожение компании могло бы спасти ситуацию: новое поколение, которое никогда не пробовало препарат, смогло бы начать жить заново. Но и тут ничего бы не вышло. Черные рынки наводнены подделками, мелкие компании и лаборатории пытаются создать что-то более дешевое и доступное. Остановить это было невозможно.
2. ЗАМЕТКА.
Прошло четыре месяца с выпуска препаратов «Экзистенциальные». Нам удалось договориться с правительством, и нас не закрыли. Я перестала заходить в телефон и три месяца не покидала лабораторию. Теперь многие ненавидят меня, но большинству — всё равно
Меня продолжают поздравлять с тем, как мы преодолели кризис и заработали еще больше денег. Сейчас они ждут от меня новых сенсаций, а я не хочу ничего. Я просто хочу уехать отдохнуть на природу, в лес, где нет ни людей, ни препаратов, ни интернета — вообще ничего, кроме дома, деревьев и меня.
3. ЗАМЕТКА.
Я решила уехать в отпуск на месяц. К моему удивлению, они отпустили меня без сопротивления. После всей этой шумихи они мне не слишком доверяют — некоторые даже считают, что я информатор Чистых. Но у них не было выбора: я тоже состою в совете, и держать меня насильно они не могут. Я самое ценное, что у них есть, помимо препаратов. Или после них. Уверена, что мой отъезд им даже на руку — отдохнут от моего постоянного присутствия. Несмотря на их неприязнь, они переспросили меня раз десять, когда именно я вернусь, и даже пожелали удачи в поисках новых идей.
Один из членов совета, который на самом деле ### ########, предложил мне свой дом в лесу на время отдыха. Мне помогли перевезти вещи, приставили кучу охранников и наняли персонал для ухода за мной и домом. Полностью избежать цивилизации не удалось: мне привозят еду, готовят ее, убираются, хотя, конечно, это тоже способ следить за мной и контролировать, чтобы я не натворила ничего. Но, если честно, мне абсолютно все равно.
4. ЗАМЕТКА.
Если бы у меня была возможность создать препарат, избавляющий от зависимости, я бы это сделала. Убедила бы команду, а руководству сказала, что мы разработали очередную эмоциональную дрянь. Конечно, нас бы быстро разоблачили, но тогда я бы выложила формулу в открытый доступ — и точка. Неважно, где я оказалась бы после этого, главное, что смогла бы хотя бы частично исправить свои ошибки.
5. ЗАМЕТКА.
Я думала, что если уйду в изоляцию, мне станет легче. Что я перестану видеть плоды своего творения и хотя бы на секунду смогу все отпустить. Но тяжесть никуда не ушла. Я чувствую давление города и сотен людей, вскрывающих очередные бутылочки. Они не отпускают меня.
Я просыпаюсь каждый день, и мне не становится легче — наоборот. Кажется, будто я оставляю их там увядать, пока сама ищу успокоение. Здесь я должна была наслаждаться легким шумом природы, но в мыслях только неоновый город с неживыми лицами и хрустящими от осколков бутылочек тротуарами. Я не заслуживаю быть здесь, пока они там.
6. ЗАМЕТКА.
Я впервые приняла препарат. Привезла с собой коробку из тридцати бутылочек — на всякий случай. Я была готова к этому.
Четыре дня назад мне было совсем плохо. Я почти неделю не вставала с кровати, выходила только в туалет, иногда брала что-то из холодильника и снова возвращалась обратно. Да и есть мне особо не хотелось, всю жизнь бы ничего не ела, если бы была такая возможность. Стыд и вина убивали меня, и я решила, что нет смысла это терпеть — этим чувствам некуда уходить.
Я думала, что, может быть, так смогу хоть немного искупить вину — принимая препарат, как все. Да ладно, нет, конечно. Но препарат сработал отлично: стыд ушел, его не было четыре дня. Я успела погулять, почитать книгу, даже прибраться на кровати. К себе я больше не подпускаю персонал — не хочу никого видеть.
Но сейчас действие препарата прошло, и внутри образовалась абсолютная пустота. Я не хочу новую дозу, не чувствую, что нуждаюсь в ней, но мысли тянутся только туда. У меня еще есть шанс остановиться и не продолжать. Но зачем?
7. ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР.
- Алло.
- ######, привет! Очень ждал твоего звонка. Сам хотел позвонить, но решил не мешать твоему отдыху. Как он проходит, кстати?
- Неплохо. Я по делу, хочу обсудить важные изменения в моей работе. Ты можешь сейчас говорить?
- Изменения? Да, могу, конечно, говори, я слушаю.
- Я не хочу больше работать в лаборатории.
- …
- Алло?
- Да, я услышал. В каком смысле не хочешь работать? У тебя все хорошо? Боюсь, такое по телефону мы решить не сможем.
- Я не хочу работать в лаборатории на нашей базе. Я просто не смогу заставить себя туда вернуться. В моем доме есть домашняя лаборатория, в подвале. Она не очень новая, я начинала свои первые наработки с нее, так что она вполне рабочая. Нужно её переоборудовать, перевезти всё необходимое — и я смогу в ней работать. Я буду отправлять в главную базу все свои наработки, а со всем остальным они и сами справятся. Отчеты по тестам и экспертизам смогут привезти мне лично. Да, это усложняет коммуникацию, но теперь она будет возможна только в таком формате.
- Тебе нужна будет команда?
- Никакой команды. Только я.
- Что с тобой? Зачем тебе это? Что-то произошло, пока ты была в отпуске?
- Так что ты скажешь? Сможешь мне это устроить?
- Да, я думаю, что смогу, но твой дом превратится в охранную базу. Нужна будет мощная система безопасности, куча нюансов. Это много денег. Хочешь, мы отведем тебе на базе целое крыло? Там не будет никого, кроме тебя, сможешь работать одна.
- Нет. Я не собираюсь жить на работе, как раньше. Только новые препараты, готовые к тестированию, а там уже на базе обученные мною люди со всем разберутся. Ладно, я буду иногда заезжать, но вести работу буду из другого места.
- Давай мы постоим тебе отдельное здание на территории, так будет проще.
- У меня отличный подвал. Ты мой дом видел? Пусть проверка приедет и скажет, подойдет он или нет. Если нет — стройте новое у меня во дворе. Договорились?
- Я обсужу это с правлением. Я ничего не обещаю, но уверен, они пойдут тебе на встречу. Но, ######, я точно не могу тебе помочь?
- Можешь. Лабораторией.
8. ЗАМЕТКА.
Они согласились на мои новые условия, но начнут процесс не раньше, чем через три месяца. Хотят дать мне время передумать. Мне разрешили перевезти только компоненты для создания, немного оборудования, расходники — в общем, все по минимуму. Но этого достаточно, чтобы что-то создать.
9. ЗАМЕТКА.
Теперь я сама для себя изготавливаю препараты. Какая ирония — я словно оказалась на том же месте, с которого начинала. Всё не так: я, общество, и, кажется, миру снова нужен спаситель. Или, может быть, ему вообще никто не нужен. Я не смогла перебороть это ощущение.
Я помню, как говорила о десяти препаратах, но даже первый не дает забыть свой эффект. Я приняла ещё препарат от стыда, потом — «Вне сожалений», «Опыт свободы», «Быть живым». А дальше — всё, как в тумане. Кажется, мне все препараты подходят, потому что внутри меня ничего нет. Недавно я даже потеряла сознание — выпила слишком много. Я еле встала и даже не сразу поняла день сейчас или утро следующего дня. Не сразу вспомнила, где я нахожусь. Но потом всё собралось в моей голове, и я пошла за новым препаратом — и выпила ещё. Как я могла дать людям такую жизнь?
Я собралась и теперь контролирую ситуацию: не больше двух препаратов в день, иначе утону в иллюзиях. Теперь все мои ошибки кажутся такими прозрачными. Все ошибки. Я хочу их исправить. Я собираюсь решить задачу с антидотом. Это — мой последний шанс и мой последний смысл.
С моей зависимостью всё будет ещё труднее, ведь моя концентрация уже не та, что раньше. Но если я найду антидот — смогу излечиться сама.
10. ЗАМЕТКА.
Что если нужно не убирать, а разделять? Я всегда пыталась найти замену, но каждая попытка заканчивалась серьезными последствиями и превращала препарат фактически в яд. Но если я разделю их, скажем, на два, три или даже четыре этапа, то, по идее, тело должно справиться. Вместо того чтобы активироваться за три минуты, ему понадобится на это несколько часов. Да, это станет настоящим испытанием, но, возможно, это сработает.
Вместо того чтобы создавать антидот, я разработаю новый препарат, который будет работать без срока действия, устраняя зависимость и действуя бессрочно. Легко сказать, но главное — не выжечь мозг в процессе.